Мои сказки

Лебедь-Огнеда

Волшебная сказка повествует о разных судьбах. Заколдованная в лебедя, дочь барина-Огнеда, просит помощи у Игнатия достать для нее одну вещь, которая, может освободить Огнеду от лебединого тела. Игнатий соглашается ей помочь, а, за одно осуществить свою мечту. Но, и Ярославу приходится помочь Огнеде.
48 минут 795 0
Читать и слушать Лебедь-Огнеда (Белорусские сказки, Олешко А.). Скачать FB2 бесплатно

Загрузка…

Кто ищет друга без недостатков, остается один. Г. Коновалов «Истоки»

Глава первая. Игнатий

Жили на свете два друга. Одного звали Игнатий, он был старшим по возрасту, а другого Ярослав, он был младше Игнатия всего на несколько годочков.

С малых лет они были неразлучны, про таких друзей говорят: не разлей вода.

Жили они оба в небольшой деревушке, как одна семья. Помогали друг другу землю пахать, плоды собирать, в лесу дрова на зиму заготавливали, так и жили вместе и в беде, и радости, в советах, без предательств.

Однажды, ранним утром, когда солнце ещё не показалось на горизонте, Игнатий и Ярослав с тесемками и снастью направились в барский пруд удить рыбу.

Шли они к пруду, о чем‑то разговаривали, порой смеялись, вспоминая о своих прошлых нелепых приключениях, и так незаметно к пруду и пришли.

Положив на траву у берега свой плащ от дождя, Игнатий размотал леску своей снасти, наживил на крючок червяка и закинул свою снасть в пруд.

Ярослав же со своей снастью запутался и долго с ней возился. Он зацепился крючком за штанину, крючок сильно кольнул его в ногу, он вскрикнул.

Тихо, рыбу всю испугаешь!

Сделал замечание Игнатий.

Отцепив крючок от штанины, расправив леску, Ярослав наживил на свой крючок червяка и закинул свою снасть в пруд, а сам улёгся на свой плащ.

Вскоре появилась утренняя алая заря, покрывая все вокруг пруда своими лучами, она освещала удивительный пейзаж.

Старые дубы, которые росли на противоположном берегу пруда, своими могучими ветвистыми корнями плелись по его бокам, грубо переплетаясь между собой, создавая ощущение вековой сплоченности.

Белые кувшинки ковром сплели удивительный орнамент поверх водоёма, соединяясь у берега с небольшим кустами высоких камышей.

Позади Игнатия и Ярослава находилась березовая роща, там же в гуще ее стояла большая ветхая барская усадьба.

Бабушки и дедушки говорили про него своим внукам и детям, что когда‑то давным‑давно в этой усадьбе жил барин по имени Остап, вместе с дочерью своей Огнедой и второй супругой Мартиной.

Ох, и хорош был для людей барин, когда про него вспоминали! Что ни слово про него — то хвала.

Барин в обиду никого не давал.

Из принадлежащих ему деревень, в том числе и та, в которой жили Игнатий и Ярослав, всегда чувствовали на себе его защиту.

Но после женитьбы барина на Мартине, все вокруг постепенно озлобились, а со временем обитатели усадьбы куда‑то незаметно исчезли.

Усадьба долго пустовала, приходя постепенно в ветхое состояние, так, что люди из ближайших сел дорогу сюда забыли.

Так она простояла пустынной и неухоженной много — много лет, сильно заросшая со всех сторон ползущими на ее стены сорняками, которые годами пытались прорасти и внутри ее, поглощая собой, спрятав ее историю от посторонних глаз.

Только Игнатий и Ярослав с малых лет, пролазили здесь все в округе, наткнувшись в березовой роще на усадьбу и пруд, часто приходили сюда вдвоем прогуливаться. А, попробовав в пруду словить рыбу, и выловив в нем огромных карпов, карасей, решили иногда хаживать сюда рыбачить.

Весной после зимовки, из теплых краев сюда на пруд прилетал белый лебедь, он днями и ночами плавал здесь, своей изящной красотой придавал пруду красочную панораму.

Так, как сейчас середина лета, то, естественно, лебедь давно плавал тут и прохлаждался в пруду. Только он плавал у другого берега, скромно теснясь в одиночестве в тени ветвистых дубов.

Наловим рыбы к обедню или нет, Игнатий?

Спросил Ярослав у своего друга.

Когда наловим, тогда и увидим.

Улыбнулся ему в ответ Ярослав.

Игнатий! Как насчет того, чтобы сегодня нам обоим сходить вечером в соседнее село?

Окликнул его Ярослав.

А что там сегодня?

Игнатий вопросительно взглянул на Ярослава из‑под соломенной шляпы.

Там сегодня люди собираются, будут у костра веселиться. Сходим и мы к ним, да с девицами поворкуем. Как видишь, мне уже восемнадцать лет стукнуло и тебе под двадцатку, а мы все в холостяках да в холостяках…

Это можно. И потанцуем до упаду.

Согласился Игнатий.

Они утихли, наблюдая за поплавками.

На деревьях щебетали птицы, они звонко голосили певчие ноты, сея их вокруг березовой рощи, повсюду раздавались приятные птичьи мелодии.

Тихий ветерок принялся шелестеть листьями деревьев и травой.

Через три минуты рыба начала клевать, резко дергая поплавок в воду, она с жадностью заглатывала наживку и тянула ее с крючком на дно. Игнатий и Ярослав подсекали рыбу и тянули ее наверх.

Клев был настолько хорош, что, казалось, рыба, плавающая в этом пруду, только и просилась к рыбакам в тесемку.

К обеду Ярослав первым наполнил свою тесемку рыбой и сложил свою снасть. А у Игнатия тесёмка была наполнена наполовину.

Игнатий, что‑то ты сегодня отстаешь от меня, обычно ты всегда первым наполнял свою тесемку.

Ничего… и я скоро наполню свою тесемку, посижу тут еще немного и тоже домой пойду.

Вечером я зайду к тебе, Игнаша!

Ага!

Тот утверждающе мотнул головой.

Ярослав взял свою тесемку с рыбой и ушел домой, оставив Игнатия одиноко скучать у пруда.

Пусто стало после ухода Ярослава Игнатию, но рыба не давала ему скучать, она все лезла и лезла на крючок.

Вдруг близко к нему подплыл лебедь, своим приближением озадачил Игнатия. Он приподнял свою соломенную шляпу вверх, чтобы лучше поглазеть на него.

Здравствуй, Игнатий!

Неожиданно поздоровался с ним лебедь.

У Игнатия выпала снасть из рук, он привстал во весь рост и широко открыл от удивления свой рот.

Здр‑авс …Здравствуйте!

Заикаясь, ответил он.

Я поздоровалась с тобой, Игнатий! Не ожидал такого?

Нет, не ожидал, конечно.

Игнатий неловко покосился взглядом по сторонам.

Не пугайся, Игнатий, меня, говорящей человеческим голосом, я раньше тоже была человеком, только девушкой и звали меня Огнеда…

Огнеда..? Слыхал я про тебя от бабки своей.

Перебил он ее и почесал за правым ухом.

Я тоже, когда была человеком смеялась, веселилась, как все люди, но сильно тосковала о своей ушедшей из этого мира матери. Моя злая мачеха Мартина ненавидела меня за это, из‑за моей грусти по матери, она вся изводилась и заколдовала меня в лебедя. Она говорила, что я напоминаю ей своей грустью лебедя. Так я и скитаюсь до сих пор в лебедином теле. Раньше я жила в этой усадьбе, что находится тут рядом в березовой роще. Вы с Ярославом не раз там были, когда вы были юными.

Лебедь расправила свое правое крыло, указывая в сторону березовой рощи.

Игнатий успокоился, подошел к водоему и черпнул рукой из пруда воды, плеснул себе в лицо, затем протерся рубахой.

Да… раньше мы часто туда с ним ходили, но это было давно.

Согласился он с ней.

Если бы кто‑нибудь помог мне выбраться из лебединого тела, я бы щедро наградила того человека!.

Жалобно продолжила рассказ лебедь.

А что нужно делать?

Игнатий снял с головы соломенную шляпу и прикусил ее край зубами.

Я все скажу!

Лебедь вышла на берег и села рядом возле Игнатия.

К двенадцати ночи нужно зайти в эту усадьбу, в зальной комнате стоит папино кресло, надо сесть в него и ждать, когда окрестности усадьбы будет обходить служащий Мартины по имени Тернак. Он, подойдет к тебе и спросит: «Вы заблудились?» Тебе надо сказать: «Нет». Он спросит: «Чего желаете?» Ты ему скажи так: «Желаю попасть на балл к барыне Мартине». Далее он проведет тебя туда, где за потаенной дверью откроется тебе внутрь усадьбы те времена, когда остановилась моя человеком жизнь.

Закончила рассказ лебедь.

Не торопи меня своим рассказом, дай я толком все обдумаю.

Лебедь вернулась назад в пруд и поплыла, а потом отозвалась оттуда:

А я тебя и не тороплю вовсе, знаю, что дело непростое и рискованное.

В душе Игнатия не было никакого страха перед опасностями, с которыми он мог там встретиться. Хоть он испугался говорящей лебеди, но это произошло от неожиданности, а всякую нечисть он никак не боялся и решил он помочь лебеди, но только за деньги.

Игнатий давно в мечтах видел себя богатым, представлял, как он едет в карете с цилиндром на голове, одетым во фрак, с декоративной тростью в руке и лакированными туфлями на ногах. И вот, неожиданно он почувствовал, что его мечте есть шанс сбыться.

«Коль это лебедь — барыня, — рассуждал он, — значит, у нее есть деньги». В это же мгновение он очнулся, крикнул ей во след:

Пятьсот золотых! И я соглашусь помочь тебе! Что тебе оттуда нужно?

У Мартины на волосах покоится мой позолоченный гребень, она с тобой захочет танцевать. Она со всеми гостями любила танцевать, да и кокетничать была не против. Когда будешь с ней танцевать, сними с ее волос мой позолоченный гребень и беги в дверь, в которую тебя приведет Тернак. Принеси гребень мне, скажу, что делать далее. Сделаешь услугу, отплачу тебе, сколько ты просишь.

Отозвалась она из пруда.

Настала безмолвная тишина. Игнатий сидел на берегу и все обдумывал. Казалось, что взгляни на него сейчас кому‑нибудь со стороны, непременно, приняли б его за неживое чучело. Он все больше и больше углублялся в раздумья и вдруг, словно ожил.

Я принесу тебе гребень! Он будет тебе стоить пятьсот золотых!

Крикнул он ей.

Я согласна с тобой, Игнатий, поможешь мне — заплачу пятьсот золотых тебе! Но, только я смогу заплатить тебе тогда, когда гребень мой будет у меня.

Согласием закивала она лебединой головой.

Принесу, обязательно принесу!

Он махнул в ее сторону рукой.

Игнатий собрал свою снасть, смотав на ней леску из пеньковой нити, взял в руки тесемку с рыбой и ушел домой…

Придя домой Игнатий, оставил пойманную рыбу у печи, а сам улёгся на топчан, стоящий у окна, накинул себе на лицо свою соломенную шляпу и ушёл с головой в раздумье.

В голове у него кружился рассказ лебеди, где, каждое ее слово звенело золотом. Мечта заработать пятьсот золотых монет всего лишь за какой‑то гребень для волос, все больше притягивала его рискнуть. Он постепенно заснул, так проспал он до самого вечера, пока его не разбудила мать.

Что… что такое? Почему..?

Сонно бредил он, не отходя ото сна. Он увидел перед собой лицо своей мамы.

Сынок, это я — твоя мама! Ты уже проснулся? Твой друг стоит у ворот и тебя дожидается, просил тебя разбудить. Говорит, что вы собирались вместе сегодня в соседнее село идти на вечерний костер.

Нет, я сегодня никуда не пойду, что‑то мне нездоровится, голова раскалывается. Может, переутомился сильно?

Ослабленным голосом ответил он.

Так, выйди, сынок, к нему и скажи ему об этом сам, а то заждался, наверное, он, пока я тут тебя будила.

Игнатий, вспомнил лебединый разговор у пруда, нахмурил свои брови, повернулся лицом к матери умоляюще прошептал ей на ухо:

Выйди, матушка, к нему, сама скажи, что мне нездоровится. Пусть меня не ждет, а отправляется туда сам без меня. Ну, я тебя умоляю, сделай одолжение.

Взмолился он ей. Мать Игнатия только пожала плечами.

Ну, коль так просишь, значит, тебе и вправду нездоровится. Хорошо, выйду, скажу, что голова твоя больна и крепко спишь, что я не решила тебя будить.

Вот спасибо тебе!

Успокоился он.

Она вышла из дому во двор. Спустя некоторое время вернулась назад и увидела, как Игнатий куда‑то собирается идти.

Ты передумал, сынок?

Спросила она его удивленно.

Да я тут ненадолго иду по делам, не расспрашивай меня… я ничего тебе сейчас не могу сказать, потом… потом.

Игнатий накинул поверх себя отцовский плащ, положил в карман огниво, взял в кладовке цельную восковую свечу и ушел.

В ночном небе дорогу ему освещала бледная луна, она светила и провожала его до самой усадьбы, воздух, прогретый от солнца, постепенно остывал, где‑то в чаще крикнула сова.

Всюду, где бы он ни шел, звонко стрекотали сверчки. Вот впереди показался пруд. На берегу пруда его ожидала лебедь Огнеда, она встретилась с Игнатием взглядом.

Ты все‑таки решился мне помочь! Я так рада тебе!

Обрадовалась она.

Да… Вот я пришел, как видишь!

Медлил словами Игнатий. Он посмотрел на темное небо, откуда ему неподвижно сверкали маленькие звезды, в это мгновение ночная пустота царила между ними.

Ну, я пошел. Скоро будет двенадцать. Мне нужно быть там.

Удачи тебе! Будь осторожен! Спасибо тебе, что решился мне помочь!

Ласковыми словами проводила она его.

Игнатий оставил лебедь на берегу, сам повернул в сторону березовой рощи, неторопливо зашагал к усадьбе.

По пути к усадьбе он достал из кармана плаща толстенную свечу, запалил ее огнивом и, придерживая ее от ветра рукой, пошел вперёд.

У порога усадьбы он остановился, горящей свечой поводил по сторонам, разглядывая усадьбу в темноте.

Потресканные со временем стены усадьбы и отсутствующие в нем рамы с окнами язвило его своей мрачностью.

Под черепицей крыши встрепенулись летучие мыши и разлетелись по сторонам.

Ну и темень, перед собой ничего не видно.

Недовольно буркнул он.

Игнатий вошел внутрь, немного пройдя прямо по коридору, он увидел перед собой знакомую винтовую лестницу, ступил на ее и поднялся по ступенькам на второй этаж.

Дверей в зальную комнату не было, он шагнул внутрь зала.

В углу зала, с правой стороны, одиноко стояло старое кресло, оно было огромное с высокой задней спинкой.

Игнатий и раньше видел, и знал это кресло, когда они были юными, они часто приходили сюда вместе с Ярославом. Они садились вдвоем и, болтая ногами, мечтали кто о чём. Теперь, спустя много лет, он снова присел в это кресло.

Он посмотрел вверх на потолок. Потолок и крыша с того времени совсем прохудились, подуй здесь сильный ветер — и крыша могла бы повалиться внутрь.

…Внизу скрипнула дверь. Игнатий встрепенулся, кто‑то подымался по лестнице. Так и есть. Отражение света от фонаря, который кто‑то нёс в руке, полыхнуло на стене. Свет постепенно увеличился. Замаячила чья‑то тень.

Игнатий заметил старика, он нес в руке перед собой фонарь. Старик вошел в зал и заметил сидящего в кресле Игнатия.

Немного помедлив, старик стал приближаться к нему. Игнатий напрягся и затаил дыхание.

Лицо старого мужчины, подошедшего к Игнатию, было натянуто и суховато. Большие бакенбарды вились у него по бокам. Показались его глубокие морщины на лице. Его крючковатый нос сунулся близко к лицу Игнатия, изучая его.

Вы заблудились, барин?

Спросил его старик.

Нет!

Ответил Игнатий.

Чего желаете?

Старик приподнял правую бровь вверх.

Хочу на балл к барыне Мартине!

Игнатий замер от ожидания.

Старик улыбнулся, перестал наконец светить фонарем ему в лицо, сделал шаг назад, приглашая идти за собой, затем махнул рукой в сторону лестницы.

Идите за мной, барин! Я проведу вас туда! Балл у госпожи — это приятное событие, которое, она сама обожает, а новым гостям она будет только рада.

Оживился разговором старик Тернак,

Старик Тернак шел впереди, а за ним следом шел Игнатий. Тернак остановился перед спуском лестницы, еще раз осветил свечным фонарем лицо Игнатия и растянулся в улыбке.

Игнатий заметил его волчий оскал, ощутил ужасный страх.

Идемте, идемте, не бойтесь, скоро вы ее сами увидите, барыня прекрасна и, к тому же, она божественно танцует. Все, кто раз в жизни с ней танцевал, непременно был ею очарован, думаю, что и вам выпадет такая честь.

Они спустились вниз по лестнице и завернули под ней, перед ними показалась потаенная дверь.

Сколько раз они вместе с Ярославом в этой усадьбе все излазили, но ее тут ни разу не видели, он пытался вспомнить эту дверь, но все было безуспешно.

Старик Тернак открыл дверь, и перед лицом Игнатия вспыхнул свет…

Роскошный коридор распростерся перед ним со множеством дверей по бокам.

Старик Тернак легонько взял Игнатия за рукав плаща:

Пойдемте, я вам что‑нибудь подыщу из одежды барина, вы будете сегодня очень нарядны, как никогда. Барыня Мартина это заметит.

Игнатий последовал за Тернаком в одну из комнат, расположенных по бокам вдоль коридора. Он переоделся там во все барское. Надел на себя кафтан с белыми манжетами по краям, на ноги натянул белые панталоны, обулся в кожаные черные туфли с бантом и посмотрелся в зеркало, которое весело позади его.

Он увидел в нем непривычное для его зрения собственное отражение. Это был не деревенский паренек, а знатный господин — барин Игнатий, которого он видел иногда в своих мечтах.

Этот образ ему очень понравился, он щеголял по комнате, крутился вокруг себя, скользя взглядом то вниз на туфли, то в зеркало, но вскоре опомнился.

«Ч‑то я сильно забаловался. Чуть не забыл, зачем я сюда пришел. Надо бы проснуться, а то я так и не вспомню свою мать родную. Гляди и Мартина приберет меня к себе, забуду, кем я был ныне и не опомнюсь»

Открылась дверь, в комнату вошел Тернак.

Все в порядке!

Осведомился он у Игнатия.

Да, все хорошо, я готов!

Игнатий поправил белый манжет на рукаве кафтана.

Ну, тогда идемте в зал, там сейчас все гости собрались. Музыканты играют на скрипках такие красивые мелодии, что порой и самому соловьем стать хочется, подпевать им. Пойдемте, пойдемте, не задерживайтесь.

Поторопил его старик Тернак.

Тернак широко открыл двери в зал, за которым слышалась музыка, смех и хохот людей, и сердце Игнатия смутилось.

Народу было много, все они кружились в танце по парам, и Игнатию казалось, что перед ним словно кружится веселая расписная карусель, раскрашенная яркими красками, какая крутится в городе на праздничной ярмарке. Однажды с матерью вдвоем они посетили город. Игнатий тогда был еще юным, там он на праздничной ярмарке, впервые увидел расписную карусель, он здорово тогда на ней покружился с другими ребятишками, это оставило ему в памяти приятное детское воспоминание. Хохот и веселье на ярмарке сопровождался всюду. Вот и здесь ему представилась такое веселье.

Музыка затихла, танцы остановились. Все вокруг расступились по кругу зала, молча рассматривая нового гостя.

Напротив него, через весь зал в кресле, очень похожем на то, в котором он только что сидел некоторое время назад, важно восседала женщина, лет двадцати пяти. Разодетая в красиво с бирюзово‑белым оттенком платье, расшитое по краям жемчугами, махая себе веером в лицо, она улыбалась ему, нежно моргала в его сторону большими черными ресницами, из – под которых, сияли радостные зеленые зрачки ее глаз. Мартина озарила его улыбкой, которая растворялась, где‑то у нее на лице у розовых щек.

Эта была та самая Мартина, о которой ему рассказывала лебедь Огнеда. Ее красивые кудри развивались по всей голове, все тоньше повторяясь, сходились на самой макушке.

Здравствуйте, незнакомец! Как вас зовут?

Пропела она мелодичным голосом в сторону Игнатия.

Здравствуйте, барыня! Игнатием меня зовут!

Поклонился он ей на приветствие.

Вижу народ меня еще помнит! Вы откуда к нам?

Она приложила свой веер к своим губам.

Из города!

Соврал ей Игнатий.

Из города?

Она задумалась на мгновение, но решила оставить расспросы о нем.

Вы умеете танцевать?

Спросила она его.

Умею и хочу танцевать с вами!

Вызвался он.

О, это так любезно с вашей стороны, я с удовольствием принимаю ваше приглашение.

Мартина встала с кресла, легкими женским шагами, словно плывя по воздуху, прошла к середину зала. Идя туда, она махнула веером Игнатию, приглашая к ней присоединиться.

Ну же, Игнатий! Я вас жду!

Игнатий подошел к Мартине, и они взялись за руки.

Музыку!

Крикнула Мартина. Музыканты заиграли. Мартина и Игнатий закружились в танце.

Игнатий помнил, зачем сюда пришел. Кружась с Мартиной в танце, он постоянно пытался между прерыванием музыки в такт, на мгновение, когда, они оборачивались каждый вокруг себя, и, повернувшись снова друг другу лицом, хлопали в ладоши, заметить у нее на волосах позолоченный гребень.

Наконец, он его обнаружил. Гребень просиял позолотой в ее волосах. Он схватил позолоченный гребень и вынул из волос. Мартина издала крик. Скрипки умолкли. Все вокруг ужаснулись. По залу прокатилось шумное шептание.

Ах, гребень!…Мой гребень!…Верните мне его! Хам!

Причитала она, закрывая веером свое лицо.

За прозрачным веером Игнатий увидел дряхлую старуху, она стыдливо прятала свое лицо, боясь теперешним видом показаться ему на глаза.

Ух ты! Как состарилась быстро!

Удивленно пробормотал он.

Этот гребень принадлежит Огнеде, заколдованной вами в лебедя.

Заявил он ей и всем в зале.

Нет! Это мой гребень! Отдайте его мне сейчас же!

Проворчала старческим голосом Мартина.

Этот гребень Огнеды! И за то, что я принесу ей его, она вознаградит меня пятьсот золотыми монетами.

Не унимался Игнатий.

В зале раздался смех. Игнатий оглядел присутствующих недоуменным взглядом.

Но откуда у этой Огнеды‑лебеди есть золотые монеты? Ведь она птица! Ее можно подстрелить и скушать. Только это она тебе может дать. Дичь она — и всё! Все золотые монеты находятся в моей в казне, юноша.

Усмехаясь, сказала Мартина. В зале снова раздался смех. Присутствующие в нем дамы и господа весело переглядывались между собой, в голос переговаривались:

Птица даст ему пятьсот золотых? И как он только ей поверил?

Игнатий растерялся от происходящего, он посмотрел на позолоченный гребень, который он снял со старухи Мартины.

Сейчас он думал о том, что, лебедь Огнеда может и вправду его обмануть. «Откуда у птицы золотые монеты? Птица — она и есть птица. А, если ей этот гребень принесу, она возьмёт да улетит с ним. Выйдет, что зря рисковал, придя сюда».

Тогда, я занесу ей этот гребень просто так. Коль у птицы денег нет, тогда придется его отдать ей просто так.

Схитрил он, выжидая от Мартины торг.

Я дам тебе за него тысяча золотыми, и ты вернешь его мне, а сам сможешь отсюда уйти, и никто тебя не тронет. Мы на этом распрощаемся!

Уверила его Мартина, не желая, чтобы гребень попал в руки Огнеды.

Нависла тишина. Затем снова раздался старческий голос Мартины и топот ее ноги по мраморному полу. ‑Что решил?

Не желая остаться ни с чем, он согласился с Мартиной.

Ваша взяла! Несите тысяча монет, и мы расходимся с миром!

Громко заявил Игнатий.

Ну, вот и молодец, юноша!

Похвалила его старуха Мартина. В зале мужчины и женщины одобрительно охнули.

Тернак!

Вскрикнула она.

Чего изволите, барыня?

Отозвался он в толпе.

Принесите сюда из казны тысяча монет золотыми и дайте их этому юноше за мой гребень.

Слушаюсь, барыня!

Старик Тернак немедля удалился из зала через парадный вход. Не прошло и минуты, как он вернулся со стороны кресла, в котором недавно сидела Мартина.

Он подошел к Игнатию и поставил у его ног тяжелый мешок, развернул его по краям, оттуда показалась куча желтых монет.

Будете считать, барин?

Тернак из‑под бровей тучно взглянул на Игнатия.

Игнатий присел на корточки, запустил свою руку в золотые монеты и добрался рукой до дна мешка.

Потом он взял одну из монет положил себе на зуб, сильно прикусил. Металл монеты оставался непоколебимым и крепким. Игнатий вернул монету назад в мешок.

В этот момент он ощутил себя самым богатым на свете человеком. Жажда власти поглотила его навсегда. Он закинул мешок с монетами себе на плечо и направился к двери. Его окликнула Мартина:

Верните мне гребень, ведь мы с вами договаривались?

Она волнующе провожала его глазами.

Пусть ваш служащий Тернак проведет меня к двери, в которую я сюда вошел, там я его верну.

Успокаивающе заверил он Мартину.

Тернак! Проведите его к двери и смотрите чтобы он не убежал с моим гребнем.

Повелительным тоном сказала Мартина.

Слушаюсь барина!

Отозвался тот.

Старик Тернак проводил Игнатия до дверей. Когда Игнатий открыл дверь, пальцы Тернака обвили позолоченный гребень в руке Игнатия.

Я могу его взять, барин?

Тернак вопросительно заглянул в глаза Игнатию.

Ах да, забирайте, он мне не нужен…

Гребень оказался в руке старика Тернака.

Игнатий, обвел глазами всех присутствующих в зале, улыбнулся всем, закрывая за собой дверь, громко крикнул:

Танцуйте! Танцуйте..!

Игнатий вошел в коридор, прошел по нему и завернул в комнату, где он переодевался перед баллом, забрал оттуда свой плащ, не переодеваясь, во всем барском вышел за потаенную дверь, в которую его привел сюда старик Тернак.

Он оказался один на один с темнотой.

Ничего не вижу в этой кромешной темноте!

Выругался он.

Покинув здание усадьбы, Игнатий осмотрелся вокруг с опаской. Мысль о том, что эта танцующая свора может кинуться за ним вдогонку и попробовать отобрать у него его богатство, не на шутку встревожила его.

Он лихорадочно схватил с земли толстую жердь березы, подержал ее в руке с минуту, внимательно присматриваясь в темноту в сторону усадьбы, но вокруг него была тишина.

Игнатий успокоился, кинул березовую жердь перед собой, опустил мешок с монетами на землю, развернул края, лихорадочно заглянул во внутрь. Золотые монеты были на месте.

Вот теперь я и заживу, как барин! Теперь мне бедность ни по чем!

Радостно сказал он…

…Он шел к пруду. На берегу, дожидаясь его, сидела лебедь Огнеда. Она взглянула ему в глаза, но Игнатий стыдливо отвел свой взгляд в сторону.

Как все прошло, Игнатий? Гребень принес?

Спросила она его.

Нет, не принес… Мартина дала мне за него тысяча золотых…, и я сомневаюсь, что у тебя есть хоть какие‑то деньжата. Понимаешь, ведь ты — говорящая птица — и все! Ну откуда у тебя могут быть монеты?! Сам еле оттуда ноги уволок. За гребень твой, по их лицам можно было понять, что не отпустят просто так. Прощай! Найди кого‑нибудь другого.

Укорил он ее, повернулся и ушел в деревню.

Лебедь Огнеда замахала крыльями и полетела в небо, роняя на землю слезы…

…Придя домой, Игнатий положил мешок с золотыми монетами на пол, перед ногами своей матери, развернул его. Увидев кучу золотых монет, мама Игнатия упала в обморок.

Недолго думая, Игнатий взвалил мать себе на левое плечо, а мешок с монетами на правое, вышел из дому, попрощался с домом своим и в путь далекий отправился.

Проходя мимо дома Ярослава, он остановился на мгновенье, сказал: «Прощай друг!»

Мама Игнатия на миг очнулась и спросила его: «Куда мы, сынок?»

В город, мама, в город. Теперь мы — не крестьяне, а господа, мама. Я всю жизнь мечтал быть богатым, и я им стал!

Ох, нехорошо мне на душе!

Мама снова повисла на плече сына.

Ничего, привыкнешь, мама, привыкнешь!

Успокаивал он ее.

…На следующее утро Ярослав постучал в дверь дома Игнатия, а дома — ни одной души…

Время для счастья — сейчас.
Место для счастья — здесь.

Роберт Грин Игерсолл/

Глава вторая. Ярослав

…Прошел год, потом второй, скучно было Ярославу один он остался в селе из молодых, вокруг него одни старики.

После того, как Игнатий бесследно исчез из деревни со своей матерью, наглухо оставив пустовать свой дом, Ярослав больше времени стал проводить со своими родителями.

Он работал в поле, заготавливал в лесу дрова, а потом пришла зима. Декабрь сменил январь, а январь сменил февраль, а к концу февраля и март месяц подобрался.

Лежит Ярослав на печке, греется, то на один бок повернется, то на другой, надоест ему лежать, соскочит с печи, на лавку у окна сядет и в окошко на сугробы снежные посматривает. Только сосульки с крыш: кап да кап.

Матушка его тем временем в печи еду готовит в жаровне, угли перекладывает.

Скучно, мать, чего‑то мне тут дома сидеть, лучше схожу на рыбалку, наловлю карпов, карасей. На рыбалке уже как года два не был.

Так ведь холодно, Ярослав, полежал бы еще на печи да погрелся, а рыба подождет. Я тебе сейчас пирожки с капустой приготовлю.

Нет, не буду лежать, лучше пойду рыбу наловлю и свежим воздухом подышу. Душно что‑то мне тут.

Запротестовал Ярослав.

Смотри, Ярослав, не замерзни! И на льду будь осторожен! Лед в эту пору может слабым быть.

Предупредила его мать.

Не бойся, матушка! Не замерзну! Не страшны мне даже лютые морозы, а во дворе как‑никак оттепель подобралась.

Надел Ярослав тулуп, шапку, валенки, взял в дорогу огниво, удило из пеньковой нити, гарпун, чтобы им лед проломить и лунку сделать, а через это отверстие льда рыбу вытащить можно было, и ушел к барскому пруду.

Через сугробы снега не спеша ступал, мороз был слаб, скоро весна наступит, теплее пригревать станет солнце.

Вскоре он пришёл к пруду, остановился у берега его, оглядел все вокруг. Эх! Красота!!! Дубы покрыты снежным покрывалом и блестят на солнце… Кругом белым‑бело.

Очнулся он от красоты здешней, ступил на лед, и к серединке пруда потихоньку ступает. Глянул вниз на лед, а рыба подо льдом вся к поверхности стремится, видно воздуха не хватает ей. Обрадовался он этому.

Ну, сейчас рыбу выловлю голыми руками. Она к воздуху свежему стремится. Проломаю лунку и буду вытаскивать.

Положил он снасти рядом на лед, ухватился обеими руками за гарпун, стал со всей силы лед пробивать.

Не совсем замерзла вода в пруду. На середине пруда лед был тоньше. Как только он с третьего раза по нему гарпуном стукнул, так вода оттуда вместе с рыбой и наверх выплеснулась.

Раздался страшный треск под его ногами. По льду рассекся в разные стороны ломаный шов. Еще треск — и лед раскрошился по частям. Ярослав свалился в воду студеную и ушел под воду.

Всплыл он на поверхность пруда, одежда потяжелела, промокла насквозь. Скинул Ярослав тулуп и шапку в воду с себя, на лёд выползти пытается. Лед скользкий, никак ему зацепиться не дает. Соскользнет руками с него и снова пытается вскарабкаться на него. Рук уже почти не чувствует, посинели от студеной воды, тело слабеть начало.

Тут, сверху к нему с неба лебедь спустилась, стала на лед, расправила крылья по сторонам, подошла к нему, за шиворот его рубахи своим клювом вцепилась и тянет за собой, помогает ему на лед выбраться.

Выполз, наконец, Ярослав на лед лежит и трясется от холода.

Надо огонь разжечь, а не то я тут совсем замерзну.

Судорожно озирался он по сторонам.

Встал он и пошел в березовую рощу веток собирать. Сначала мелких веток насобирал, потом большие собрал.

Сходил в еловый лес, смолу живицу с деревьев собрал. Запалил костер, и разгорелось пламя, греется, зубами стучит, пар с одежды идёт.

Когда он чуточку согрелся, посмотрел в сторону пруда.

Лебедь у края пруда сидит, за Ярославом наблюдает.

Задумался он о произошедшем. Ведь это она его от гибели спасла, клювом своим тянула за собой, помогала ему выбраться! Что делать? Как благодарить птицу?

Жить будешь! Вижу, что щеки твои порозовели, домой вернешься, подлечишься!

Вдруг заговорила лебедь женским голосом.

Вот это да!

Услышав голос человеческий, он отпрянул, сделав шаг назад.

Не бойся меня! Я тебе ничего плохого не сделаю!

Сказала лебедь.

А я и не боюсь, просто как‑то неожиданно все это для меня.

Смутился Ярослав.

Я была раньше человеком. Меня зовут Огнеда. А тебя зовут Ярослав.

Откуда ты знаешь мое имя?

Удивился Ярослав.

Ты, с другом своим Игнатием, сюда к пруду на рыбу часто ходите и себя между собой по имени называете, вот я и знаю твое имя.

А… понятно!

Успокоился Ярослав.

Я была раньше человеком… но так случилось.

Она задумалась.

Можешь мне все рассказать, я с удовольствием все выслушаю.

Успокоил он ее. Ярослав присел у костра, вытянул в направление пламени огня свои руки.

Я все расскажу, а ты слушай. Договорились мы с Игнатием, что он поможет меня расколдовать.

Как с Игнатием? Вы с Игнатием договор…

Да! Не перебивай, а послушай!

Хорошо, буду молчать!

Подчинился он ей.

Он должен был принести мне мой позолоченный гребень, что покоится на волосах у Мартины. В нем есть сила колдовства. Если этот гребень у нее забрать, то Мартина потеряет колдовскую силу. Он согласился мне помочь за пятьсот золотых монет.

За пятьсот золотых монет?

Присвистнул Ярослав.

Да, именно за пятьсот золотых монет.

А я думаю все эти два года: куда он исчез? Что только не думал о нем, может леший унес или кикимора болотная утянула в пруд, а он полный мешок денег схватил и сбежал в туже ночь. Видно ему деревенская жизнь не по душе, ну да, теперь же он — барин! И, что обидно: он не попрощался ни с кем в деревне, в том числе и со мной. Столько лет дружили с ним… Хоть бы записочку написал, мол сейчас я — барин и прошу меня не беспокоить, — горячо взбунтовался Ярослав.

Я продолжу?

Лебедь Огнеда окликнула его.

Продолжай!

Отмахнулся рукой он в ее сторону.

Я ему объяснила, что нужно сделать. Он ушел, а под утро, когда светало, он вышел с мешком золотых монет и, подойдя ко мне, сказал, что Мартина дала ему за гребень тысяч золотых монет, что денег у меня нет — я простая птица и его могла обмануть. Нет, я его не обманула, если бы он попросил больше, то я бы согласилась. Он ушел…

Так, значит, Игнатий за ночь обогатился у этой мадам и кинулся в бега, чтоб ни с кем не делиться.

С обидой на лице Ярослав подкинул дров в костер.

Эта усадьба, что стоит тут в березовой роще, когда‑то была нашей с матерью и отцом. Когда мне было четырнадцать лет, моя мама ушла на небеса, оставив меня сиротой. Отец через три года снова женился на Мартине, быстро забыл маму и перестал со мной общаться. Из‑за Мартины он почти не замечал меня. Да и с Мартиной я не уживалась. А она оказалась колдуньей. Со временем и мой отец ушел на небеса.

Изжила она, значит, вас всех: одного в пруд, другого на небеса. Вот и не знаешь, с кем встретишься и как проживешь.

Перебил ее рассказ Ярослав.

Продолжай, не обращай на меня внимания!

Извиняющим тоном попросил ее Ярослав.

И я осталась с Мартиной один на один. Долго горевала о своих родителях, за это она превратила меня в лебедя, говорила, что он похож на меня. Она забрала мой позолоченный гребень для волос, который подарила мне мама в день моего рождения. Мартина расчесала мне волосы, приговаривая: если гребень назад вернешь и расчешешь им свои крылья, то превратишься назад в человека, а я из твоей жизни исчезну. А пока, поживи лебедем, плавай себе у пруда, гостей моих забавляй. Так я и превратилась в лебедя. Она прибрала нашу усадьбу себе, а потом она исчезла, и усадьба запустела.

А как ты узнала, что Мартина жива?

Тихим голосом спросил Ярослав у нее.

Я жила некоторое время в усадьбе. Однажды, снизу под лестницей скрипнула дверь. Оттуда вышел ее служащий по имени Тернак. Меня сильно удивило его появление в усадьбе. Когда он прикрывал за собой дверь, я вдруг услышала из‑за двери знакомый голос Мартины. Она ему наказывала: «Если какой‑нибудь гость сюда к двенадцати ночи нагрянет на балл, то спроси его сначала, не заблудился ли он. Если заблудился, то прогони его от усадьбы, а если ко мне на балл, то приведи его ко мне, я буду рада гостю». Тернак закрыл дверь. А я вылетела в окно и скрылась за кустами роз. Он походил внутри усадьбы, потом вокруг нее, никого не заметил и ушел в ту дверь, откуда и вышел.

Очень печальная твоя история, Огнеда.

Ярослав задумался. Думаю, что я попробую тебе помочь достать позолоченный гребень, но…

Сколько тебе нужно денег, Ярослав, назови мне любую сумму, не торгуясь. Какую сумму назовешь, такую и дам. Для моего спасения мне не жалко никаких денег.

Да погоди ты со своими деньгами. Ты же меня от смерти спасла. С того света клювом своим тащила меня не за деньги, а по совести своей, поэтому я у тебя в долгу, такой характер у меня. Ты скажи, что нужно делать?

Перебил он ее. И лебедь Огнеда все подробно объяснила ему…

До самого вечера они дружно просидели у костра, греясь и разговаривая обо всем. Ярослав подробно рассказывал ей свою жизнь, а Огнеда свою. Они за этот день, так сдружились, что порой, казалось, будто они были знакомы уже много лет, только были разлучены, где‑то и когда‑то непредвиденным обрывом времени.

К этому времени Ярослава одежда и валенки полностью просохли, дождавшись, когда время подойдёт к двенадцати часам, Ярослав попрощался с Огнедой.

Отойдя на приличное расстояние от нее, он неожиданно обернулся.

А почему на зиму в теплые края на этот раз не летала?

Ни с того ни с сего спросил он ее.

Уже второй год туда не летаю!

А почему?

Ты ступай, Ярослав, в усадьбу, пока дойдешь туда…

Он ушел.

После их разлуки сердца Ярослава и Огнеды неровно стучали. Они оба не могли понять, что между ними происходит и, почему их так сильно тянет друг к другу.

…Теперь Ярослав сидел в барском кресле, как когда‑то сидел на нем, ловя денежную удачу его друг Игнатий. Только Ярослав сюда пришел рисковать не из‑за деньги, а помочь Огнеде избавиться от колдовства Мартины и снова обрести человеческий облик. Ему так хотелось ей помочь, а за одно увидеть ее в человеческом облике.

Озноб охватил его тело. Было жутко холодно. Мороз брал свое. Тулуп и шапка утонули в проруби, хорошо, что валенки остались на ногах.

Кто‑то за спинкой кресла шуршал и полз. Ярослав немного напряг свой слух и прислушался. Тут он понял кто был виновником шума. За спиной у него скребется обычная мышь.

Ярослав подождал чуть‑чуть и замахнулся рукой в сторону лазутчика. Ловкость рук его не подвела. Мышь мгновенно оказалась в руке Ярослава. Она запищала.

Не бойся, мышонок, я тебя сегодня с хозяйкой усадьбы познакомлю.

Сказал он ей. В подвале скрипнула дверь. Ярослав приготовился увидеть Тернака. По лестнице с фонарем подымался наверх тот, кого он тут и ожидал. Это был старик Тернак.

Он заметил в кресле Ярослава и подошел к нему. Приставил свечной фонарь близко к лицу Ярослава, изучая его, спросил:

Вы заблудились, барин?

Нет!

Ответил Ярослав и напрягся ожиданием.

Чего желаете, барин?

Пропел хриплым голосом Тернак.

Хочу на бал к барине Мартине!

Ярослав все еще был взволнован.

Следуйте за мной, барин, я вас к ней проведу!

Старик Тернак шел впереди, а за ним следом шел Ярослав. Перед лестницей Тернак обернулся к Ярославу, улыбаясь ему волчьим оскалом, мягким голосом с хрипотой пробасил:

Сегодня барыня будет вам рада. Она любит новых гостей. На балл пришли лучшие скрипачи. Они играют на скрипках самые лучшие мелодии, под которые, барин, и вам захочется танцевать. Я вас переодену, а то в таком виде на балл не стоит ходить. Вы не против, барин?

Нет, почему же, конечно, не против, я с вами согласен господин.. э‑э…

Тернак! Меня зовут Тернак! А как вас зовут, барин?

Меня зовут Ярослав!

Я так и доложу барыне, что к ней в гости заявился господин Ярослав.

Он глянул из‑под бровей.

Можете сообщить, как вам будет удобно.

Блеснул улыбкой Ярослав.

Спустившись вдвоем по винтовой лестнице, завернув под ней, они оказались у деревянной двери. Тернак открыл ее, и оттуда на них обоих хлынуло яркое освещение.

Внутри помещения был длинный коридор. По бокам коридора располагалась по четыре двери с каждой стороны. Где‑то играла музыка. Был слышен хохот людей. Они зашли в первую дверь с правой стороны и оказались в гримерке для господ.

Переоденьтесь, барин, здесь, там лежат вещи барина, он уже на небесах, может что‑нибудь из его вещей вам подойдет, а я пойду доложу барыне, что у нас гость.

Он указал рукой на богатый шкаф.

Ладно, я справлюсь тут сам, что‑нибудь попробую себе подобрать. Вы меня потом отсюда заберете?

Ярослав вопросительно взглянул на Тернака.

Да, я приду за вами, как только ей сообщу, я туда и назад.

Дверь в комнате закрылась, старик Тернак ушел.

Много вещей на себе перемерил Ярослав, пока выбирал себе что‑нибудь подходящее. Вскоре он был одет, как барин. Сзади него на стене висело большое зеркало. В нем можно было лицезреть себя с головы до ног, что и сделал он.

Ярославу одежда барина показалась через‑чур богата. Он чувствовал себя в ней, как не в своей тарелке.

Ой! У меня в кармане осталась мышь.

Вспомнил он и подобрал свою крестьянскую рубаху, оставленную на единственном стуле в этой комнате.

Мышь все еще сидела в кармане, он достал ее оттуда и закинул ее себе в заворот барской рубахи.

Она там чуть поползала и, не найдя оттуда выход, затихла и успокоилась. Открылась дверь, показалась голова Тернака.

Вы готовы, барин?

Спросил его старик Тернак.

Да, я готов!

Кивнул ему в ответ головой Ярослав.

Следуйте за мной!

Ярослав покинул комнату и вышел за дверь в коридор. Тернак провел его по коридору, открыл перед ним большую парадную дверь.

Все свое внимание Ярослав устремил в зал. Там повсюду лилась музыка. Кружась в нарядных одеждах, танцевали гости Мартины.

Они кружились по кругу зала так, как бабочки кружатся в летнее время и, своими разноцветными крыльями порхая перелетая на солнечной поляне с цветка на цветок, создавали в глазах Ярослава красочный калейдоскоп. Ярослав зашел в зал. Музыка утихла…

Танцующие пары разошлись по сторонам, оглядывая нового гостя с головы до ног.

Прямо, напротив него в кресле, сидела барина Мартина. Она была все та же, с такой же прической, с такими глазами и прочим макияжем, какой ее видел до него Игнатий. Она обратила внимание на Ярослава. Раскрыв в своих руках веер, махала им себе в лицо.

Я рада, что вы посетили меня!

Обратилась она к Ярославу.

И я рад барыня, Мартина, что посетил вас в столь замечательном месте, где столько народа танцуют, у вас тут, я вижу, очень весело.

Ох, я польщена вами! Вы умеете танцевать, господин Ярослав?

Уж, если у вас найдется для меня ваше драгоценное время, то извольте, я соглашусь поучиться танцевать.

Ох, я так рада, что вы пригласили меня на танец, я вас научу, это очень просто!

Сказала она, покрывшись розовым румянцем на щеках.

Мартина поднялась с кресла и двинулась навстречу Ярославу. Она протянула ему обе руки, приглашая соединиться в танце. Ярослав протянул навстречу ей свои руки.

Музыку! Музыку!

Скомандовала Мартина.

И музыканты заиграли на скрипках веселую мелодию. Вокруг их снова сошлись пары и вместе, закружились в танце.

Вы готовы танцевать?

Расплываясь в улыбке, спросила Мартина.

Да… давайте попробуем!

Ярослав, не сводил своего взгляда с ее волос.

Нужно сначала отвести ноги в сторону, ну же смелей, не будьте как деревянный.

Взмолилась Мартина. Подчиняясь шагу Мартины, Ярослав медленно и уверенно входил в ритм мелодии, у него стало неплохо получаться, он покружился с ней несколько раз, но скудный опыт танцора все‑таки дал о себе знать. Он оступился и неловко наступил своими туфлями на туфли Мартины.

Ой‑ой! Вы мне ногу чуть не отдавили, будьте повнимательней, ведь с вами танцует хрупкая дама.

Вскрикнула Мартина.

Извините меня за неуклюжесть, я нечаянно!

Извиняющимся голосом ответил он ей.

Скрипки замолкли. Мартина сделала поклон головой в сторону своего партнера по танцу. Ярослав заметил у нее в волосах позолоченный гребень. Он немедля схватил гребень и высунул его оттуда.

Ой! Отдайте мне мой гребень!

Заголосила Мартина. Она превратилась в дряхлую старуху, отчего Ярослава сильно передернуло.

Впалые щеки, борозды страшных морщин на руках и лице, теперь украшали ее, а от былой красоты не осталось и следа.

Ярослав сильно ужаснулся. Он отошел от нее немного назад и замер.

Отдайте мне гребень, юноша! А, я вас за это, вознагражу золотыми монетами. Вы хотите золотые монеты?

Нависла пауза.

Этот гребень принадлежит Огнеде и теперь я отнесу его ей!

Он обвел присутствующих уверенным взглядом.

Невероятная тишина покоилась на лицах присутствующих.

Вы не хотите быть богатым?

Удивилась Мартина.

Богатство!? Это хорошо! Если я приму ваше богатство, я уверен, что и оно вам не принадлежит, то, я, посрамлю свою совесть, и об этом, мне придется жалеть всю оставшеюся жизнь. Я обещал Огнеде достать этот гребень и я сделаю это немедля.

Он поднял руку вверх и гребень позолотом блеснул вокруг.

Ярослав шагнул назад, мужчины попятились за ним, а затем и дамы с ними.

Держи его! Лови его!

Кричала Мартина, видя, что Ярослав не сдаётся.

Раздался дикий шум. Толпа народа хлынула на Ярослава. Он повернулся к парадной двери и бросился бежать к ней.

Стой! Держите нахала!

Закричали люди.

Ярославу, чуть‑чуть не хватило добежать к дверям, когда ему дорогу перегородил Тернак.

Он стал посреди у входа парадных дверей и, выставил обе руки в сторону, намереваясь его схватить. Ярослав остановился перед Тернаком.

Барин! Вам отсюда не сбежать.

Крикнул Тернак.

Толпа людей накинулись на Ярослава, они схватили его за рубашку и потащили его в центр зала. Ярослав сопротивлялся как мог, но их было больше и силы были не равны.

Ведите его ко мне! Я его испепелю!

Орала Мартина. Тут Ярослав вспомнил, что у него заворотом рубашки сидит мышь.

«А вдруг они испугаются мышь и отпустят меня, тогда я смогу вырваться от сюда» — подумал он про себя.

Держа за рубашку Ярослава со всех сторон его подвели к Мартине.

Мартина была ужасно рассержена происходящим, она поправила свои волосы и взглянула на Ярослава, вытянула правую руку перед ним.

Дайте мне гребень, сейчас же! Или это обезумевшая толпа накинется на вас и порвет вас в клочья.

Ярослав засунул руку за ворот рубашки, нащупал за ней мышь, высунул ее оттуда и положил на ладонь Мартины.

Берите!

Увидев на ладони мышь, Мартина завизжала, женский рев и визг эхом раскатился по залу.

В беспорядочно панике дамы разбегались во все стороны, кто куда.

Мартина панически откинула от себя мышь и угодила ею на одного из присутствующих в зале мужчину.

Что это? Что это? Это мышь!

Закричал он и отбросил ее от себя.

Какая гадость!!!

Кричали гости Мартины, они кидались мышью, в суматохе позабыли обо всем.

Ярослав побежал к двери. Старика Тернака там уже не было.

Тернак в это время бегал по залу, за толпой, пытаясь помочь гостям Мартины, избавится от мелкого грызуна, который устроил им всем невеселый переполох.

Держи его! Он убегает!

Вскричала Мартина, стоя на своем парадном кресле, на которое она взобралась туда ногами, спасаясь от маленького мышонка.

Старик Тернак обернулся на ее крик, мигом бросился бежать следом за Ярославом.

Открой мне двери, Ярослав! Это я Огнеда!

Услышал он ее голос за дверьми.

Ярослав отворил ей дверь. В зал вошла лебедь Огнеда. Она расправила по сторонам свои крылья, вытянув лебединую шею вверх и, грозно зашипела на толпу.

Все, кто был в зале, остановились, как вкопанные. Остановился и Тернак. Все медленно стали отходить назад.

Ярослав, гребень у тебя?

Волнующе спросила лебедь Огнеда у него.

Да, у меня!

Расчеши мне им мои крылья, да побыстрее, пока они не одумались!

Поторопила она его.

Ярослав достал из ворот рубашки гребень, который он кинул туда, когда убегал от обезумевшей толпы, наклонился перед лебёдушкой и расчесал ей сначала одно крыло, а за тем другое.

В этот момент, толпа людей в зале, один за одним незаметно исчезали.

Мартина исчезла последней, она сидела в кресле, наклонив голову вниз, боясь взглянуть Огнеде в глаза, понимая, что Огнеда все же ее победила.

Только прозрачный веер Мартины, с которым Мартина была неразлучна много лет, после ее исчезновения, одиноко валялся в кресле.

На том месте, где была лебедь, стояла красивая, белокурая, молодая девушка, необыкновенной красоты. Она была в нарядном белом платье, с красивой девичьей косой через плечо.

Ну, здравствуй, Ярослав! Здравствуй, мой спаситель!

Сказала она, чуть краснея.

Добро пожаловать домой, Огнеда! Вот теперь ты человеком вернулась.

Я тебе нравлюсь?

Смущенно по‑девичьи спросила она у Ярослава.

Очень!… Глаз не отвести! Что теперь будешь делать, Огнеда?

Не знаю, буду усадьбу в порядок приводить?

Она раскинула руки по сторонам, ее взгляд метался по всему залу.

А ты что будешь делать, Ярослав?

А я домой, устал от этого кошмара. Порой кажется, что это со мной в кошмарном сне происходило.

Постой, не уходи, обними меня, Ярослав! Хочу почувствовать, как твое сердце бьется.

Нежно просила его Огнеда.

Ярослав обнял ее со всей нежностью, и в глазах его появились искорки любви. Так они простояли, обнимаясь, глядя глаза в глаза, казалось, целую вечность…

Эпилог

В скором времени Огнеда восстановила усадьбу. Позвала к себе ремонтников разных да мастеров. То, маляра позовет, то каменщик из города приедет, то кровельщик крышу починит. Мебель резную ей из города свозили, а садоводы день за днем цветы садили. Так мало — помалу и ожила усадьба, стала цветущей, как раньше.

А Ярослав с утра с родителями своими, серпом пшеницу жнут, а к ним в подмогу Огнеда заявилась, подошла к родителям его, очень попросила их, научить искусству этому. Они согласились, и была она в работе не хуже сельских девушек.

Работают молодые, друг на дружку поглядывают, улыбаются.

После была и свадьба, всем селом играли, пели и плясали.

Вскоре Ярослав, барином сделался, и дети у них с Огнедой пошли.

Сёла ближайшие оживились, к новому барину за защитой ходили, он им не отказывал, на что люди в округе его только добрым словом поминали.

Вот и конец настал, пора прощаться нам, друзья.

Если что‑то тут не так — уж извините! Что вспомнил, от бабушкиной сказки, то тут вам и написал…

Вот и сказке Лебедь-Огнеда (Белорусские сказки) конец, а кто слушал — огурец!

Оцените «Лебедь-Огнеда»

Скачать сказку «Лебедь-Огнеда»

Скачать FB2 Сказка Лебедь-Огнеда доступна в формате FB2 для телефона, планшета, компьютера и ридера для электронных книг.

Похожие сказки

Солнечный Лучик
Волшебная сказка про солнечный луч и борьбу с непогодой.
Маги на стадионе
Итальянская сказка Джанни Родари, которая расскажет о том, что произойдет если пустить на футбольное поле магов
Морозко
Сказка, как задумала мачеха падчерицу свою извести — приказала деду зимой в лес ее увезти и там оставить. Но с падчерица познакомилась с Морозко, она не только осталась жива, но и богатства заимела.
Атумтай и Нашарван
Да, отец! – сказал сын. – Есть еще такие праведные люди, которые не поддались нашему искушению, это Атумтай и Нашарван. Если взяться за них, то думаю, нам удастся сбить их с истинной дороги. Для этого нам необходимо влезть в их души и раздружить так, чтоб они питали друг к другу вражду...
Отзывы и комментарии про сказку «Лебедь-Огнеда»